Пресс-конференция члена ЦИК России М.В.Гришиной с пользователями портала «СМИ.ру» на тему: «Здесь только стойкие выживают, кто был нестойкий, уже давно отсеялся» 15 февраля 2008 года

Вопрос: Уважаемая Майя Владимировна! Могли бы Вы сравнить ЦИК времен юриста Александра Вешнякова и ЦИК времен физика /журналиста/ Владимира Чурова? // Алена, Москва/

Гришина М.В.: Сравнить в какой-то степени можно, потому что все-таки я в ЦИК России давно, с 93 года. То есть работала со всеми руководителями комиссии. Если говорить о ЦИК, которой руководил Александр Альбертович Вешняков, и о нынешней Комисии под руководством Владимира Евгеньевича Чурова, то разница определенная есть, хотя и не в главном.

Как раньше, так и сейчас Центральная избирательная комиссия Российской Федерации является правоприменительным органом и все свои решения принимает на основе требований закона. Как это было при прежнем составе, так и при нынешнем. Никаких изменений в этом вопросе нет.

Что, может быть, несколько изменилось, так это расширение некоторых направлений деятельности Комиссии. В частности, больше внимания уделяется информационно-разъяснительной деятельности, появляются и реализуются новые идеи. Новый человек всегда приносит какие-то свежие идеи. Вот, пожалуй, и вся разница.

Если говорить об опросах общественного мнения, то на настоящий момент они свидетельствуют о том, что у граждан больше доверия этому составу. Я связываю это с активной и креативной информационно-разъяснительной деятельностью.

Вопрос: Майя Владимировна, скажите, что вам нравится и что категорически не нравится в этих выборах? // Ирина, Mocква.

Гришина М.В.: Изнутри оценивать выборы очень сложно, уважаемая Ирина. Думаю, у каждого человека в этом смысле свое мнение.

С организационной точки зрения эти выборы, в принципе, ничем особенным не отличаются, мы решаем все те же проблемы и задачи, что и при организации прошлых федеральных выборов. Сказать, что мне что-то нравится или не нравится, я не могу, потому что, еще раз говорю, наша главная задача – это организовать выборы, причем организовать так, чтобы как можно меньше было претензий избирателей.

Сокращение же числа кандидатов на работу ЦИК серьезно не влияет. Для ЦИК, в общем-то, что четыре кандидата, как сейчас, что чуть-чуть побольше, как раньше – не слишком принципиально. Мы индивидуально работаем с каждым кандидатом. Как в прошлую кампанию, так и сейчас практикуется  очень внимательный и предметный подход к каждому кандидату, всяческая юридическая помощь оказывается при необходимости. То есть для нас количество кандидатов не подлежит какой-то оценке с позиции «нравится – не нравится».

Вопрос: Мартовские выборы обещают стать эпохальным событием. Впервые в российской истории глава государства сменится без всяких форс-мажоров (вроде "Я устал, я ухожу") и посредством какой-никакой, но демократической процедуры. Ощущение причастности к историческому моменту какое-то есть? // Дорофеевич, Mocква.

Гришина М.В.: Я, честно говоря, всегда ощущаю чувство причастности к текущему моменту истории России, пытаюсь его осмысливать. И, в общем-то, так уж мне повезло, наверно, что как начала я работать в Белом доме в 1992 году, с тех самых пор какие-то интересные политические события всегда проходят в непосредственной близости от меня. Так что чувство причастности всегда есть. Сейчас тоже.

Вопрос: Исходя из общей политической ситуации, ЦИК в настоящее время можно рассматривать как правоприменительный ИНСТРУМЕНТ в руках Администрации Президента. Как Вам кажется, это эффективный инструмент или нет? // Алена, Москва.

Гришина М.В.: Уважаемая Алена! ЦИК нельзя назвать инструментом в руках Администрации Президента, постольку поскольку ЦИК России – это самостоятельный государственный орган, и гарантии его деятельности, самостоятельной и независимой, закреплены законом.

Центральная избирательная комиссия Российской Федерации должен решить главную задачу – организовать выборы так, чтобы граждане могли прийти и проголосовать на избирательных участках, чтобы не было сбоев, закрытых дверей, чтобы не было потерянных избирательных бюллетеней и несоставленных протоколов об итогах голосования.

То есть роль ЦИК России в ходе избирательной кампании, мне кажется, преувеличивать не стоит. Главную роль на выборах играют кандидаты и избиратели, а Комиссия – это орган, который организует выборы. Это во-первых. А во-вторых, на нас в определенной степени лежит задача по информированию избирателей о кандидатах, а также о том, как они, избиратели, могут реализовать свое избирательное право. И в этом смысле, я считаю, мы достаточно эффективны, что показали, в том числе, и прошедшие парламентские выборы.

Вопрос: На протяжении последних лет избирательные законы активно правились. Оценок давать не хочу, по этому поводу уже много чего было сказано и написано, да и вашу позицию на этот счет можно легко спрогнозировать. Вопрос в другом. Можно ли на данном этапе  считать процесс "корректировки" выборного законодательства законченным? Или страна обречена на перманентные изменения правил «игры в выборы» вслед за метаморфозами политической коньюктуры? // Вася, Москва.

Гришина М.В.: Вопрос Василия очень глубокий и интересный. Избирательные законы, действительно, являются законами не очень стабильными с точки зрения того, что к каждой избирательной кампании происходят определенные корректировки.

Это вполне естественно, поскольку в ходе избирательных кампаний, как правило, выявляются определенные пробелы в законодательстве, какие-то неясности, которые хотелось бы исправить. После завершения этой избирательной кампании Центральная избирательная комиссия традиционно (и раньше она это делала) подготовит свои предложения по совершенствованию избирательного законодательства.

Я не исключаю, что в процессе корректировки законодательства помимо проблемы несовершенства технологий свою роль сыграют и вопросы политической конъюнктуры. Локомотивом изменения закона у нас зачастую являются избираемые депутаты, и с их стороны желание что-то скорректировать к своим новым выборам вполне естественно.

По моему мнению, в избирательных законах все еще присутствуют нормы, допускающие неоднозначное толкование. Надо переходить к более четкому законодательству. Это, я считаю, задача очень серьезная, требующая кропотливой работы юристов.

К примеру, если говорить об информационных спорах, которыми я сейчас занимаюсь, то нельзя не отметить, что и в этой области очень много оценочных понятий. В идеале, конечно, от этого надо уходить. Это очень сложная задача, пока, к сожалению, она оказалась нам не по плечу. В прошлую четырехлетку нам каких-то оптимальных, может быть, мудрых решений найти не удалось.

Как я уже говорила, после выборов ЦИК подготовит свои предложения по совершенствованию технологии организации выборов. Например, вырисовывается необходимость обеспечения голосования лиц, которые находятся в день голосования в дороге. Оказалось, что это достаточно сложно организовать на основе действующих требований законодательства. А заявления о предоставлении возможности проголосовать поступают.

Если говорить о сфере предвыборной агитации, то назрела необходимость подготовки закона о политической рекламе. Это уже более масштабная задача: ввести понятия "добросовестная политическая реклама" и "недобросовестная политическая реклама".

Вопрос: К каждой новой выборной кампании наши неутомимые законодатели умудряются придумать все новые и новые ограничения. Запрет на критику конкурента, например, – абсурд ведь несусветный, согласитесь, Майя Владимировна! И в то же время утаенные доходы или имущество, оказывается, – не повод не то что для снятия кандидата, а даже для вынесения ему порицания. Вам не кажется это странным? // Олег Гельвинг, Сыктывкар.

Гришина М.В.: Я напомню, что запрет на критику касается только агитационных роликов на телевидении. Естественно, можно критиковать в ходе дебатов, можно критиковать в печати, можно критиковать на радио, можно критиковать в агитационных материалах, на митингах, на других публичных мероприятиях. То есть запрет распространяется далеко не на все формы агитации.

На критику в агитационных роликах критикуемый кандидат ответить не может, поэтому существующий запрет можно рассматривать как один из элементов борьбы с недобросовестной политической рекламой. По этой причине я не могу сказать, что этот запрет негативно сработал в ходе последних избирательных кампаний. Попытки разместить ролики с негативом были, и рабочая группа по информационным спорам рассматривала ряд случаев, когда предпринимались попытки очернения, причем необоснованного и немотивированного, очернения партии или кандидата. Ролики было рекомендовано не распространять. Кандидаты и партии к рекомендации прислушались. Запрет, как показала практика, не нарушил каких-то фундаментальных прав и свобод граждан.

Теперь что касается утаенных доходов. Автор вопроса, очевидно, считает, что за утаенные доходы надо кандидата снимать с регистрации. Но мы это уже проходили. Был когда-то этап, когда за утаенные доходы кандидатов снимали с регистрации. На практике получалось, что за мизерные какие-то расхождения в сведениях о доходах люди лишались возможности реализовать свое пассивное избирательное право. Законодатель посчитал, и, по-моему, абсолютно обоснованно, что это неадекватная мера ответственности. Я считаю, что вполне достаточной мерой ответственности является публикация не указанных кандидатом сведений на информационных плакатах, которые будут размещены на каждом избирательном участке.

Кстати говоря, я понимаю по-человечески, почему кандидаты что-то не указывают. Если мы говорим о выборах президента, то кандидату надо собрать сведения о доходах за четыре года. Срок достаточно большой, поэтому не всегда удается, например, сохранить документ о полученных доходах. То есть вины кандидата, какого-то прямого умысла в данной ситуации нет. Есть неосторожность. И снимать за это кандидата с выборов, как мне кажется, – чрезмерная мера ответственности.

Вопрос: Женщина и политика – сочетание вообще весьма своеобразное. Вы же – оказались на острие, да еще в очередной переломный момент. Плюс с альтернативностью какая-то совсем уж неинтересная история. Зачем вам все это? // Яковлев Антон, Москва.

Гришина М.В.: Я уже авторам предыдущих вопросов пыталась пояснить, что мы, по большому счету, не занимаемся политикой. Наша задача – это организационная работа. То есть мы ближе к исполнительной власти по существу своих функций.

Зачем мне это? Мне всегда было интересно заниматься вопросами конституционного права. Собственно, этим я здесь и занимаюсь.

А про "неинтересную историю с альтернативностью" могу сказать, что и нынешний состав кандидатов, и состав кандидатов на прошлых выборах были вполне альтернативными. Итоги голосования показывают, что если кандидаты еще не прошли определенных карьерных ступеней, не имеют должного опыта, то они набирают очень небольшое количество голосов, и их присутствие в избирательном бюллетене, по сути, не говорит о какой-то суперальтернативности выборов. По большому счету, эти кандидаты появились в списке случайно.

Бюллетень на выборах Президента не должен быть открытым – кого захочешь, того и запишешь. Это будут сотни и сотни кандидатов. Зачем это нужно? Только для того, чтобы распылить внимание избирателей, запутать их?

Для того чтобы выдвинуться на должность Президента, надо, конечно, пройти достаточно серьезный путь по ступеням политической иерархии, накопить опыт организационной работы, в том числе и для того, чтобы при выдвижении создать профессиональную команду, которая сможет обеспечить соблюдение всех требований закона.

В целом же насколько выборы альтернативные покажут сами результаты голосования, то есть избиратели здесь скажут свое слово.

Вопрос: Вы возглавляете один из самых сложных, на мой взгляд, участков работы в ЦИК. С учетом нынешней политической ситуации, очевидно, что выносить объективные решения по информационным спорам невозможно, особенно если речь идет о партии власти. Что Вам говорит Ваш внутренний голос, когда поступает очередная жалоба на "Единую Россию"? // Алена, Москва.

Гришина М.В.: Алена, спасибо за понимание того, что информационные споры - участок работы достаточно сложный. Хотя, кстати говоря, я вижу, как работают мои коллеги по другим направлениям, и, поверьте, им тоже приходиться решать вопросы, отнимающие очень много времени и сил. Взять, к примеру, изготовление избирательной документации, где все требует очень серьезной, четкой и кропотливой работы.

Но мой участок - именно информационные споры, у нас здесь набирается много обид и негатива. Вот в этом, наверное, главная особенность. Ты постоянно находишься на этом острие, что действительно достаточно тяжело, поскольку всегда приходится принимать решение в пользу какой-то одной стороны. Вторая же сторона оказывается в роли обиженного. Но, в общем-то, это нормальная суть информационного спора.

Плюс к этому, как я уже говорила, закон у нас содержит оценочные понятия. Кстати, поэтому и создана рабочая группа по информационным спорам. Именно она путем голосования принимает то или иное решение в отношении оценки материала – является ли он агитационным или информационным. И уже от этого в дальнейшем зависит принятие мер при их необходимости.

Что же до внутреннего голоса, то он мне говорит: "Опять жалоба. Почему жалоба? Потому что идет политическая борьба. И подача жалобы – это один из способов политической борьбы, одна из избирательных технологий". Так что к жалобам я отношусь абсолютно спокойно, а внутренний голос мне говорит, что это нормальная работа.

Вопрос: Г-жа Гришина, как ЦИК России смотрит на то, что кандидаты на должность Президента в предвыборный период находятся, очевидно, в неравных условиях? // Елена.

Гришина М.В.: Елена, наверно, могла бы пояснить свой вопрос. Если она имеет в виду неравенство правовое, то я здесь с ней не соглашусь. Правовые условия для всех кандидатов равные. Если говорить об условиях финансовых и организационных, то, действительно, у кандидатов разные условия. Они имеют, соответственно, разные по уровню организации штабы, разные команды – у кого-то она сильней, у кого-то слабей. Я считаю, что это нормально.

Вопрос: Рассматривала ли группа по информационным спорам какие-то споры и с каким результатом? Существует ли какой-то особый порядок обнародования информации об этом? // Наталья  Дьяконова, Mocква.

Гришина М.В.: В ходе президентской кампании группа по информационным спорам собиралась дважды. Фактически у нас две темы. Первая тема – это освещение мероприятий кандидатов в средствах массовой информации. По этому поводу к нам периодически поступают жалобы. Вторая тема – это нарушение правил опубликования опросов общественного мнения.

Результат заседаний группы таков: по информационному освещению выборов нарушений не выявлено. С точки зрения требований закона освещение идет без нарушения избирательного законодательства. По вопросам опубликования опросов общественного мнения признано, что отдельные нарушения есть, и соответствующая работа со средствами массовой информации была проведена. В настоящий момент могу констатировать, что в этом вопросе мы достигли очень хороших результатов. Я прессу специально покупаю, плюс к этому – дайджесты смотрю внимательно: практически всеми ведущими средствами массовой информации законодательство соблюдается. То есть здесь порядок наведен, в том числе благодаря информационной группе.

СМИ стали указывать и дату проведения опроса, и число опрошенных, и регион проведения опроса, то есть все, что требует закон. Потребовалась, конечно, определенная разъяснительная работа. Но штрафные санкции в связи с такими нарушениями Центральная избирательная комиссия не применяла. То есть все проблемы решались посредством разъяснительной работы. Я считаю это наиболее правильной формой взаимодействия со средствами массовой информации.

Особый порядок обнародования информации по рабочей группе отсутствует. Все-таки, обращаю внимание,  группа называется рабочей, то есть она создана как экспертный орган ЦИК России. В нее входят журналисты и главные редактора, представители медиа-сообщества, кроме того, юристы в области средств массовой информации, плюс – члены Центральной избирательной комиссии. Вот в таком экспертном составе и принимаются решения. Это решения вспомогательные для ЦИК России или конкретного должностного лица ЦИК России для того, чтобы потом, по результатам рассмотрения вопроса, принимать меры реагирования по обращению, по жалобе или по собственной инициативе.

Вопрос: Коммунисты регулярно жалуются на неравный доступ кандидатов к телеэфиру. Насколько, по Вашему мнению, обоснованы эти претензии? И второй вопрос к Вам, как одному из разработчиков избирательного законодательства: не кажутся ли Вам слишком запутанными правила рассмотрения ЦИК России информационных споров? Будет ли в этом направлении вестись какая-то работа? // Дмитриев Вадим, Санкт-Петербург.

Гришина М.В.: Да, действительно, коммунисты регулярно жалуются на неравный доступ кандидатов к телеэфиру. Но это, на мой взгляд, один из способов заявить о себе в ходе избирательной кампании, создать информационный повод. Это тоже практика политической борьбы. Поэтому я с пониманием отношусь к тому, что такие жалобы периодически появляются. Это с одно стороны. С другой же стороны, должна констатировать, что все обращения повторяют друг друга – и по содержанию, и по аргументации. Рабочая группа их неоднократно рассматривала, и уже неоднократно давались ответы, о том, что нарушений требований законодательства в освещении деятельности кандидатов в СМИ не установлено.

Проблема в том, что коммунисты фактически требуют не исполнения закона в отношении освещения деятельности кандидатов, а некоего соблюдения партийно-политического пространства. То есть формулы, которая законом не закреплена.

Запутанными правила рассмотрения ЦИК России информационных споров мне не кажутся, все абсолютно однотипно.

Вопрос: Зачем этот фарс с выборами? Ведь Президент уже выбран, вернее навязан. На выборы можно не ходить! // Татьяна  Александровна, Москва.

Гришина М.В.: Я уважаю мнение каждого человека, но с Татьяной Александровной не соглашусь. Надо прийти на избирательный участок, перед этим очень серьезно подумать, поскольку голос всего один и надо им достаточно обоснованно распорядиться. Результат голосования будет достаточно точной картиной общественных настроений в Российской Федерации.

Вопрос: Майя Владимировна, не слишком ли вы строги к СПС? Ну, призвали к бойкоту, а вы им статью УК... С уважением, Борис. // Борис, Москва.

Гришина М.В.: Борис, к СПС я не строга, абсолютно. Да, я комментировала в СМИ ситуацию, связанную с бойкотом выборов со стороны СПС. Повторю свой комментарий: политическая партия свободна в выборе своей политической позиции, а также в реализации своих решений в установленной законом форме. Для того, чтобы при реализации таких решений авторы и исполнители идей понимали, что существуют еще и требования закона, я просто пояснила, что не должно быть активного, то есть физического или психического, воспрепятствования гражданам в реализации их избирательных прав. Поскольку именно за такое воспрепятствование законом предусмотрена уголовная ответственность.

Вопрос: Как вы оцениваете предвыборные ролики кандидатов? Что-то понравилось? // Андрей, Mocква

Гришина М.В.: Предвыборные ролики мне по должности положено оценивать только с точки зрения того, соответствуют они закону или нет. С этой точки зрения все, что распространяется в СМИ, требованиям закона не противоречит.

Говорить, что понравилось, а что нет, с моей стороны было бы некорректно, так как я тогда в какой-то степени начала бы вести агитацию за того кандидата, чьи ролики мне понравились.

Вопрос: А Вы сами дебаты смотрите? Вам интересно? // Диана, Москва.

Гришина М.В.: Дебаты смотрю. Мне всегда интересно мнение людей, особенно если они претендуют на высшую должность в государстве. Чем больше мнений о развитии страны, тем больше шансов сделать осознанный выбор, принять верное решение.

Одно время было много разговоров о том, что не совсем удобное время выбрано для трансляции дебатов. Но с точки зрения закона в данной ситуации нарушений нет. Вопрос удобства – вещь достаточно субъективная. Для меня время, сразу скажу, удобное. Потому что, например, если брать промежуток с 19 до 21 часов, то я до телевизора к этому времени еще не успеваю добраться в силу своей занятости. Да и не только я. В современном мире, когда от человека требуется большая отдача, энергичные люди на работе очень много времени проводят.

Кроме того, есть еще один немаловажный момент. Если бы какой-то популярный сериал заменили дебатами, я не уверена, что аудитория этого сериала остановила бы свой выбор на дебатах. В этой сфере проводились серьезные исследования, доказавшие, что если зритель вместо привычной, любимой "мыльной оперы" видит совсем другую тематику, он просто уходит на другой канал.

Вопрос: А это правда, что если выборы пройдут в один тур, членам ЦИК России отдадут в виде премий деньги, отложенные на второй тур? // Татьяна, Москва.

Гришина М.В.: Автору вопроса коротко можно ответить: нет, это неправда. В некоторых ранее распространенных информационных сообщениях говорилось об оплате труда членов участковых комиссий. Они работают на общественных началах, причем, как правило, по выходным и по вечерам, поскольку выборы проходят в выходные. И, в общем-то, они сетовали во время прошлых кампаний на невысокую оплату труда. Действительно, она невысокая, особенно с учетом того, что в ряде регионов доходы граждан заметно возросли, и если сравнить уровень оплаты труда сотрудников участковых комиссий со средней зарплатой, то мизерные деньги получаются.

Но деньги, предусмотренные для второго тура, расписаны по статьям расходов. Естественно, если они предусмотрены для организации голосования, то на средства оплаты труда пойти уже не могут. Они просто вернутся в федеральный бюджет, если не будет второго тура выборов.

Нет такого понятия «деньги, отложенные на второй тур», есть понятие «деньги, выделенные на оплату труда и на иные вопросы». То, что проходит по статье "иные вопросы", на оплату труда не пойдет ни в коем случае. То, что выделено на оплату, будет выплачено сотрудникам комиссий. Вот собственно и все.

Вопрос: Майя Владимировна, здравствуйте! Какие выводы намерен сделать ЦИК России из фактов, собранных в ходе акции "Я не голосовал" в Ингушетии? // Владимир, Москва.

Гришина М.В.: Владимир, ЦИК России не может сделать каких-либо выводов, поскольку у нас нет фактов по этой акции. К нам не поступали ни материалы, ни жалобы, ни заявления.

Вопрос: Публикации ВЦИОМ не могут быть одним из видов мошенничества? // Геннадий, Санкт-Петербург.

Гришина М.В.: Геннадий, публикации ВЦИОМ основываются на результатах провидимых ими  исследований. Как я уже говорила, к публикации результатов опросов общественного мнения законом предъявляются специальные требования. ВЦИОМ их  строго выполняет: указываются и регион, где проводился опрос, и время проведения опроса, и прочая информация. Кроме того, как показывает практика, что ВЦИОМ, что другие ведущие социологические организации, в своих прогнозах ошибаются не сильно.

Кстати, ЦИК России объявлен конкурс на наиболее точный прогноз на выборах Президента, и его результаты будут оглашены. В какой-то степени это будет подтверждением профессиональной состоятельности этих организаций.

Вопрос: Когда окончательно снимали с выборов М.Касьянова, с удивлением для себя отметил, что вы (члены ЦИК России) работаете даже выходные. Скажите, как это сочетается с Трудовым кодексом и личной жизнью? // Владислав, Москва.

Гришина М.В.: Трудовой кодекс работу в выходные не запрещает, иначе мы с вами в магазины в выходные дни не могли бы пойти. Закон исходит из удобства избирателей, поэтому выборы проводятся в выходной день. Закон также исходит из четких сроков избирательных действий. Там сказано, что не позднее, чем за 45 дней до дня голосования, надо сдать документы на регистрацию, и на какой бы день это и попало – выходной, не выходной, – это крайний срок. Поэтому мы уже привыкли работать в таком режиме.

Да и когда мы соглашались стать членами избирательной комиссии, мы имели в виду и то, что будем работать в ходе избирательной кампании, в том числе,  без выходных. И с личной жизнью это сочетать научились. Восемь часов на отдых остается все-таки.

Правда, последние десять дней перед выборами и где-то пять-семь дней после них – это наиболее напряженный период. Мы к нему готовимся, конечно. Вторая кампания, кстати, сложнее идет, потому что сил чуть-чуть меньше… Но, вместе с тем, здесь только стойкие выживают – кто был нестойкий, уже давно отсеялся.

Вопрос: О чем Вы разговариваете с цветами в Вашем рабочем кабинете – о выборах? Спасибо. С уважением, Алена. // Алена, Москва.